Плавучая архитектура

В прошедшие выходные в деревне Никола-Ленивец состоялся фестиваль ландшафтных объектов «Архстояние-2008». Теперь он переместился на воду – «гвоздем программы» стал сплав плотов, придуманных российскими и зарубежными архитекторами и художниками. Из россиян в проектировании разновидности Ноева ковчега участвовали Тотан Кузембаев, Владимир Плоткин, Александр Пономарев, из иностранцев – французское бюро R&Sie(n) и финский архитектор Сами Ринтал. Тем временем на суше решали, что же брать с собой в Ковчег

Плоты на реке Угре. Слева направо: проекты Владимира Плоткина, Тотана Кузембаева, Сами Ринтала. Фотография Анастасии Сыровой

Ранее заброшенное местечко в калужской области стараниями художников Николая Полисского и Василия Щетинина стало местом произрастания ландшафтных объектов и паломничества московского архитектурно-артистического сообщества. Какое-то время назад эстафету приняли молодые кураторы Антон Кочуркин и Юлия Бычкова, создав фестиваль «Арх-Стояние», который проводится зимой и летом вот уже два года.

В этом году фестиваль переместился с живописных берегов исторической речки Угры – частично – на воду. Раньше на реку только любовались, теперь по ней поплыли архитектурные сооружения – пять плотов, спроектированные русскими и зарубежными архитекторами и художниками. Они стали главным аттракционом фестиваля и воплощением его темы – результатом размышлений известных авторов на тему, как построить «Ноев ковчег» и спастись от потопа. Сплав растянулся по Угре на 15 километров, от останков саперного моста у деревни Пахомово до дефиле на рейде у берегов Никола-Ленивца. Парад плотов состоялся рядом с Николо-Ленивцем под деревней Звизжи. Благодарная природа, прочувствовав, что люди искусства готовятся к водным катаклизмам, отозвалась взаимностью и обильно полила дождями всю Калужскую область в целом и Николо-Ленивец в частности, максимально приблизив условия к настоящему потопу.

Но плотам потоп оказался нестрашен – их построили на понтонных подушках, изготовленных компанией Атолл из полых пластиковых коробок, стыкующиеся по принципу конструктора. Сооружения оказались очень устойчивыми – такой понтон выдерживает до 22,5 тонн веса и может принять на борт до ста человек. Поэтому разнообразные архитектурные сооружения легко и непринужденно держались на воде, лишь время от времени теряя ориентацию из-за быстрого речного течения. А вот от воды сверху, от дождя защищали не все «ковчеги».

Самым удачным в смысле спасения от дождя оказался плот художника Александра Пономарева PAPA-S. Плот-разведчик, намеренно сделанный похожим на самолет «Стеллс», двигался впереди флотилии, а его автор был назначен «командующим парадом», то есть торжественной церемонией сплава. Относительно небольшой 2-х уровневый объект из дерева, выкрашенный в черный цвет, компактный многогранник кубических форм – настоящий военный корабль-невидимка. Вместе с тем внутреннее пространство плота, максимально закрытое, оказалось очень компактным, теплым и… сухим, а от этого особенно уютным.

Домик в «ковчеге» Владимира Плоткина оказался высоко приподнят над водой на тонких деревянных ножках – как будто бы лесной дом на сваях вынули из воды и поставили на плот. Выглядело все очень неустойчиво, прямо как вызов жмущемуся к палубе традиционному кораблестроению – но плыло великолепно. Стены верхнего цилиндрического объема Владимир Плоткин собрал из ажурно перекрещенных досок таким образом, что при малейшем движении они мягко и волнообразно движутся, усиливая ощущение эфемерности всего сооружения. Спектр вероятных ассоциаций, которые вызывает этот плот, широк – от башни Татлина до советских вышек для прыжков в воду.

Плот Кондодом Тотана Кузенбаева в таком соседстве выглядел как дом-крепость: большой (он занял почти всю плоскость понтонного основания), прямоугольный, перекрытый традиционной двускатной кровлей. На этом, правда, консерватизм заканчивается – фасады состоят из чередующихся поверхностей светлого дерева и пластиковых икеевских ящиков для хранения вещей. Очень функциональное представление о «спасательном ковчеге», в нем не только можно все собрать, но и разложить по полочкам. Плот очень эффектно светился ночью, когда в каждом ящике были зажжены свечи.

Закрученное в спираль сооружение из натянутой на каркас белой ткани – плот Screw me французского бюро R&Sie(n) Франсуа Роше и Стефании Лаво – участники фестиваля окрестили «французской невестой». Конструкция R&Sie(n) оказалась самой легкой как визуально, так и физически – в сущности, это большая башнеобразная палатка, закрученная в спираль. По собственным словам архитекторов, эту работу надо рассматривать как оммаж наследию русского конструктивизма.

Объект B RAFT одного из лучших современных финских архитекторов Сами Ринтала по-скандинавски основателен. Он не столь маневрен, как «плот-разведчик» Пономарева, не настолько свето- и воздухопроницаем, как «французская невеста», зато он – самый удобный для жизни. Этот плот оборудован всем необходимым, в том числе сауной, а на верхней палубе высажена настоящая сосна.

Что касается жизнеспособности представленных арт-плотов – кураторы фестиваля Антон Кочуркин и Юлия Бычкова неоднократно подчеркивали, что проект «Ноев ковчег» – это не только демонстрация дизайнерских возможностей, но вполне функциональные летние дизайн-отели, развивающие идею автономных, существующих в системе полного самообеспечения эко-домов. Идея мобильного, возможно плавающего, компактного дома, с коммуникациями, устроенными по принципу замкнутого цикла, распространена в Европе, однако у нас это один из немногих, и потому особенно перспективных проектов. Кроме того, дома абсолютно экологичны.

Если плоты отвечали на вопрос «Как спастись?», то вторая часть фестиваля была посвящена не менее существенной проблеме – а что, собственно, спасать? На этот вопрос отвечала фотовыставка «Ноев ковчег/ главное», в которой участвовали как признанные мэтры – Александр Шабуров, Вячеслав Мизин (группа «Синие носы»), Олег Кулик, Владислав Ефимов, Игорь Мухин, Юрий Аввакумов, Юрий Пальмин, Александр Пономарев, так и начинающие авторы. Все поразмышляли на тему того, что в нашем мире достойно спасения в первую очередь. Визуальные решения получились различными, однако все сошлись на том, что главными по-прежнему остаются вера, милосердие, любовь, попытки среди всех «тварей» найти себе «пару».

Третьим проектом фестиваля стала «Площадка для наблюдения за облаками», сконструированная Антоном Кочуркиным для партнера фестиваля группы Cloudwatcher. В условиях фестиваля, посвященного драматическим природным катаклизмам, проект Клаудвотчеров предлагает отойти от привычной суеты, расслабиться и понаблюдать за красотой окружающего мира. Конструкция чилл-аута, то есть оборудованной зоны на открытом воздухе, проста, но выразительна. Белая сетка, натянутая на ребра жесткости различных очертаний, создает бионическую форму, которая сама по себе напоминает облака, приземлившиеся на траву.

Кондодом Тотана Кузембаева ночью - светящийся. Фотография Анастасии Сыровой

Screw me французского бюро R&Sie(n) Франсуа Роше и Стефании Лаво. В процессе подготовки. Фотография Анастасии Сыровой

B RAFT Сами Ринтала (Финляндия). Фотография Анастасии Сыровой

«Площадка для наблюдения за облаками». Чилл-аут Антона Кочуркина для Cloudwatcher. Фотография Анастасии Сыровой