莫斯科“里希特”酒店丨俄罗斯莫斯科丨Ancollective,Бюро Правда等

Отель «Рихтер» в Москве

Особняк на Пятницкой улице, который занимает «Рихтер», — сегодня настоящий эпицентр творческой жизни. Помимо собственно 5* бутик-отеля на 7 номеров здесь есть галерея современного искусства, студия звукозаписи, кинотеатр, библиотека, сад, вермутерия и пространство для проведения выставок. Естественно, что для такого наполнения нужен был соответствующий антураж.

расположение: Москва, Пятницкая ул., 42

фото: Михаил Лоскутов, Иван Ерофеев, Евгения Филатова

проектирование и реализация: 2018

oбщая площадь здания: 878 м2

oбщая площадь сада: 757 м2

авторы проекта: Ancollective, Бюро Правда, p.m. (personal message), Анастасия Ефимова (создатель концепции – основатель «Рихтера»), Сердар Яников (дизайнер), Артур Макаров (архитектор, Ancollective), Петр Мироненко (архитектор, Бюро Правда), Пабло Джонаттан Пухно Бермео (архитектор, pm architects), Сильвия Александрова (ландшафт)

производитель: TECE сантехническое оборудование

Название отеля подсказано его историей: особняк 1820-х годов приписывают архитектору Федору Рихтеру; хотя доподлинно авторство не доказано. Проект — пример тактичной реставрации архитектурного памятника с приспособлением его к современным коммерческим и общественным функциям. Интерьеры Рихтера строятся на популярной сегодня концепции New+Old, где предметы современного дизайна сочетаются с оригинальным наследием, завязываясь в новый выразительный образ.

Архитекторы не стали тщательно восстанавливать именно образ особняка XIX века. Все последующие наслоения, которые дом получал эпоха за эпохой, тоже воспринимаются как часть истории, которая достойна того, чтобы о ней помнить. Яркий пример — пространство лестницы: сама металлическая конструкция начала ХХ века была привезена из Бельгии, на стенах — роспись, доставшаяся в наследство от 1990-х, на полу — мрамор 1980-х, и все вместе создает срез времени, своеобразную ретроспективу. Под стать и предметное наполнение: микс из актуального дизайна, винтажа и антиквариата.

В 1990-е здание было сильно перестроено, поэтому мы не всегда можем сказать с уверенностью, какой элемент особняка подлинный, а что было сделано тогда. Мы решили, что не будем определять возраст гипса в лепнине, и сосредоточились на воссоздании ощущения исторического памятника

Петр Мироненко, архитектор проекта, руководитель Бюро Pravda.

Исторические чертежи особняка 1820-х годов, приписываемого архитектору Федору Рихтеру

Зона ресепшн. Литая металлическая лестница доставлена из Бельгии

В интерьерах — микс старого и нового. Все, что находилось в хорошем состоянии, авторы сохранили. Отреставрировали паркет, лепнину, печи, окна, двери, фурнитуру

На стенах — роспись родом из 1990-х. Авторы дизайн-проекта решили оставить ее на виду как еще один пласт истории особняка, который в 1990-е был зданием банка. На стене — работа Егора Федоричева «Дичь»

Сегодня «Рихтер» состоит из трех основных зон: отеля, общественных пространств и сада. Причем последний не просто пространство для отдыха, а сам по себе значимая общественная зона, способная меняться под самые разные функции: от фэшн-показов до завтраков, от просмотра кино на открытом воздухе до инсталляций современных художников.

Современное искусство — пожалуй, самая значимая часть образа «Рихтера»: в отеле собрана собственная постоянно обновляющаяся коллекция. Например, библиотеку украшает работа Олега Кулика «Я кусаю Америку, Америка кусает меня» (1997). Кроме того, в галерее «Сцена» регулярно проходят выставки, а с недавних пор «Рихтер» взял на себя функции арт-резиденции.

Библиотека. На стене работа Олега Кулика «Я кусаю Америку, Америка кусает меня», 1997.

Номер «Леопард».

Номер «Перепел».

Номер «Лев».

Номер «Лев». Скульптура Игоря Самолета «Танцы».

У нас был принцип: новое не должно спорить с историческим или визуально ему принадлежать — все предметы и объекты временны и не взаимодействуют со старым. Например, мы не использовали встроенную мебель, возвели только одну новую стену, а у воссозданной лепнины на потолке не стали скрывать крепежи, чтобы посетители видели границы подлинного.

Перегородки из красного стекла выбирали по этому же принципу: их можно легко демонтировать и так восстановить исторический объем помещений.

Все, что находилось в хорошем состоянии, авторы сохранили. Отреставрировали паркет, лепнину, печи, окна, двери, фурнитуру, подобрали замки под исторические личинки. В одной из комнат оставили три нетронутых окна — чтобы гости могли лично увидеть разницу «до» и «после».

Подлинные детали стали основой не только визуального образа места, но и его айдентики, фирменного стиля. Например, исторический плафон 1874 года «Четыре сезона» с изображением животных, дал название всем номерам отеля — их назвали по имени изображенных зверей. Сам плафон, к примеру, находится в номере «Гиена». А лев с этого плафона оказался в итоге на эмблеме отеля.

Исторический плафон в номере «Гиена». Плафон стал основой фирменного стиля отеля, в частности, его «персонажи» дали названия номерам

Номер «Гиена»

Номер «Тигр»

Номер «Лев»

На втором этаже за потайной дверью скрывается «секретная комната»: здесь проходят выставки и лекции

Гостиная номера «Гиена»

Номер «Перепел»

Номерной фонд отеля номеров занимает парадные анфилады второго этажа и историческую антресоль. Номеров всего семь: это большие комнаты по 40-60 м² с разным дизайном, персональным подходом, но сохраняющие стилистическое единство. Здесь нет встроенных предметов мебели, сохранены историческая лепнина, паркет, столярные и скобяные изделия. Также в каждом номере размещаются предметы современного искусства — пространственные акценты, которые поддерживают общий стиль проекта.