现代极简黑灰公寓 | 设计师伊利亚·泽伊曼的杰作

Эту квартиру в пентхаусе нового дома на Петроградской стороне начинал делать другой архитектор, но владелец решил с ним расстаться, когда стройка уже шла полным ходом. Илья Зейман говорит, что проект попал к нему случайно, с заказчиком они не были знакомы, но уже после первых обсуждений поняли, что находятся на одной волне.

Фрагмент кухни-гостиной. Фото: Иван Сорокин

Заказчик уже год живет в этой квартире, она минималистичная и темная, как он и хотел. Преобладающий цвет здесь — черный, ему аккомпанируют серый и цвет дерева. С редкими исключениями. В кабинете, например, есть терракотовый кожаный диван, который на фоне черной стены буквально полыхает огнем. Яркий диван, по словам Ильи Зеймана, появился в самом конце. Заказчик, уставший от ремонта, махнул рукой и сказал: “Давай!”

Фрагмент кухни-гостиной. Кухня, Leicht; техника, Miele; стулья, KFF; ваза, Serax. Фото: Иван Сорокин

Фрагмент кухни-гостиной. Кухня, Leicht; техника, Miele; стулья, KFF; ваза, Serax. Фото: Иван Сорокин

Фрагмент кухни-гостиной. Кухня, Leicht; техника, Miele; стулья, KFF; ваза, Serax. Фото: Иван Сорокин

Еще одно требование, выдержанное так же строго, — отсутствие каких-либо овалов, окружностей, волн. На обоих этажах пентхауса нет ничего закругленного, только прямые углы повсюду, от гостиной до ванной комнаты. Соответствовать этому требованию, по-видимому, было не так просто, поскольку в плане квартира напоминает равнобедренный треугольник, из которого во все стороны торчат прямоугольные выступы. 

Гостиная. Диван, Henge; стол, Yomey; приставной столик, Wittmann; светильники, Flos; ваза, Serax. Фото: Иван Сорокин

Фрагмент гостиной. Диван, Henge; стол, Yomey; приставной столик, Wittmann; светильники, Flos; ваза, Serax. Фото: Иван Сорокин

Все комнаты видовые, исключая разве что хозблок и санузел. Зато в ванной комнате можно любоваться панорамой Санкт-Петербурга из любой точки. Квадратная ванна (или, скорее, небольшой бассейн) вплотную примыкает к панорамному окну, фронт умывальников находится напротив, в огромном зеркале отражаются петербургское небо и крыши домов, а вечером — огни большого города.

Кабинет. Стол, i4 Mariani; стул, Pоltrona Frau; диван, Baxter; столики, Yomey; светильники, Flos. Фото: Иван Сорокин

Фрагмент кабинета. Фото: Иван Сорокин

Фрагмент кабинета. Фото: Иван Сорокин

Монохромная гамма и аскетичный дизайн позволили автору проекта подчеркнуть красоту натуральных материалов. Все они черные, но это очень разный черный цвет. Он может быть грубым и шершавым, как поверхность оконных откосов, облицованных слэбами необработанного лабрадорита. Или гладким и чуть-чуть поблескивающим, как обивка кожаных диванов и фасады шкафов в спальне. Или глубоким, как дно колодца, как черный квадрат Малевича — если это потолок, выкрашенный в черный цвет.

Фрагмент спальни. Кровать, Ceccotti; столики, Yomey; шкаф с кожаными фасадами, Giellesse; светильник, Flos. Фото: Иван Сорокин

Фрагмент спальни. Кровать Ceccotti Илья Зейман приметил давно, но ее некуда было поставить: не всякий заказчик мечтает о кровати, стоящей посреди комнаты. А тут все совпало: комната, вид, кровать. Фото: Иван Сорокин

Фрагмент спальни. Фото: Иван Сорокин

Работа над этим проектом заняла около трех лет и положила начало долгосрочному сотрудничеству архитектора и заказчика. Сегодня у них в активе уже несколько совместных проектов, которыми оба довольны. Как говорил герой одного из фильмов Алексея Балабанова, главное в жизни — найти своих и успокоиться.

Фрагмент спальни. Кровать, Ceccotti; столик, Yomey; светильники, Vibia. Фото: Иван Сорокин

Фрагмент спальни. За дверью — коридор, по которому можно пройти в ванную комнату с огромным панорамным окном и квадратной ванной. Фото: Иван Сорокин

Санузел при спальне. Фото: Иван Сорокин

Лестница.  Фото: Иван Сорокин